"Триединое одиночество"

Один из главных Двунадесятых праздников — День Святой Троицы, православные христиане в этом году будут отмечать 20 июня, как и принято — на пятидесятый день после Пасхи. В преддверии этого праздника состоялась наша беседа с благочинным Иссинского округа, настоятелем преображенского храма протоиереем Сергием Афонюшкиным.

Елена Лаврова.

— Как уже традиционно сложилось, батюшка, напомните, пожалуйста, нашим читателям, чему посвящен предстоящий нам праздник Троицы.

— В этот день мы вспоминаем евангельское событие сошествия Святого Духа на апостолов. На пятидесятый день после Пасхи апостолы собрались в Сионской горнице в Иерусалиме — той самой, где Господь был в вечер накануне ареста и Распятия, где Он совершил Тайную Вечерю. Как мы читаем в Новом Завете: «Внезапно сделался шум с неба, как бы от несущегося сильного ветра, и наполнил весь дом, где они находились. И явились им разделяющиеся языки, как бы огненные, и почили по одному на каждом из них. И исполнились все Духа Святаго, и начали говорить на иных языках» (Деяния 2:2-4). Сам Господь Иисус Христос свидетельствовал об этом событии, об этом чуде, когда апостолы заговорили на иных языках, предупредив апостолов, что у них будет дар силы и благословение Божие, предварил их Своими словами: «Когда же придет Утешитель, Которого Я пошлю вам от Отца, Дух истины, Который от Отца исходит, Он будет свидетельствовать о Мне». Эти слова Господа переданы в Евангелии от Иоанна. И то, что апостолы начали говорить на разных языках, которых до того не знали, стало чудом подтверждающим слова Божии. Окружающие люди слышали и удивлялись: как простые галилеянине могут знать столько языков? Ведь для каждого слушателя проповедь звучала на его родном языке. Это было благовестие о Боге, которое было подкреплено благословением Христа и совершалось силой Святого Духа. И в этом тоже прикровенный намек на Троичность, на тайну Святой Троицы, то есть то событие, которое мы отмечаем в этот день. День Святой Троицы, Пятидесятница, как начало основания Церкви Христовой, является для нас разумным основанием веры.

— Вы сказали об основании Церкви Христовой. Но, думается не все понимают, что такое Церковь, когда речь идет не о здании храма, а в ином, более глубоком значении этого слова. Поясните это пожалуйста, батюшка.

Православный Катехизис митрополита Филарета Московского говорит, что Церковь — это общество верующих, объединенных между собою верой, священноначалием, Таинствами. Но в понимании богословов, основанном на свидетельствах Нового Завета, Церковь — это не просто собрание единомышленников. Это нечто гораздо большее. Это организм, объединенный не только общими убеждениями, а общей сверхъестественной жизнью. Мы входим в Церковь в Таинстве Крещения, мы обретаем в Церкви дар Святого Духа. Как говорит апостол Павел: «Никто не может назвать Иисуса Господом, как только Духом Святым». Дары Церкви даются нам на всю христианскую жизнь — и вечность. Как опять же говорит апостол Павел, тело одно, но имеет многие члены, и все они составляют одно тело. Проводя аналогию с Церковью Христовой, он поясняет нам: «Ибо все мы одним Духом крестились в одно тело, иудеи или эллины рабы или свободные».
Входя в Церковь, в богоспасаемый организм, мы входим в присутствие Божественной тайны, бесконечно превосходящей нашу способность понять и осмыслить эту тайну, вообразить ее. Но с нашим приходом в Церковь эта тайна сама приходит к нам для того, чтобы вразумить нас. И встречает она нас на каждом церковном богослужении, за каждой молитвой. «Слава Отцу, и Сыну, и Святому Духу, ныне и присно и во веки веков, аминь», — постоянно провозглашает сердце верующего человека. Бог открывает нам Себя в Церкви — сообществе верующих, которое создано Христом, возвещает Его слово и являет Его присутствие в мире. Посредством этого мы узнаем, что Бог един по существу, но троичен в Лицах.

— Это, наверное, одна из наиболее трудных для нашего понимания истин. Как же православному человеку хотя бы приблизиться к этому пониманию?

— Как интересный духовный парадокс можно привести тот факт, что все Священное Писание — и Ветхий, и Новый Завет, говорит о том, что Бог един, и отрицает языческую идею, что богов много. Но там же, в Священном Писании мы читаем, как те же апостолы, которые отрицают многобожие, говорят об Отце — как о Боге, о Сыне — как о Боге, о Святом Духе — как о Боге, свидетельствуя о том, как Христос посылал их крестить во имя Отца, и Сына, и Святого Духа. Следовательно, апостолы обращали ко Господу народы не своей силою или красноречием, но благодатью Христовой посредством силы Святого Духа.
Христианская Церковь верует в одного Бога, Который един по существу, но троичен в Лицах. Из книг Священного Писания, Ветхого и Нового Завета, Церковь твердо знает то, что Бог — один. Но из тех же самых книг и святоотеческих толкований на них следует, что Он не один в том смысле, в каком мы можем сказать это, например о каком-нибудь человеке. Бог один, но не одинок. Он триедин. Существуют три Божественных Лица, или Ипостаси. Каждое из Лиц есть Бог во всей Своей полноте, весь Бог целиком. Каждая Ипостась Троицы обладает всей Божественной силой, всей полнотой власти, всей славой. Любое действие Святой Троицы совершается всеми тремя Лицами, поэтому православные богословы говорят о едином действии и единой воле трех Ипостасей. Однако это именно три самостоятельных Лица, а не три «маски», которые попеременно надевает и в которых являет Себя Божество.
Как образец ключевой вероисповедной формулы может служить Символ веры. Когда мы произносим эту молитву, то исповедуем веру « во Единого Бога Отца Вседержителя, … и во Единого Господа Иисуса Христа Сына Божия, … и в Духа Святого, Господа животворящего».
В истории христианского мира были многие лжеучителя, которые не могли ни понять тайну Святой Троицы, ни смириться перед ней. Чтобы помочь приблизиться к пониманию этой тайны, отцы Церкви предлагали аналогии из нашего земного мира. Например, Григорий Богослов приводил примеры с солнцем, которое дает свет и тепло. Блаженный Августин — с человеческим умом, рождающим мысль, переходящую в слово. Дионисий Ареопагит — с тремя свечами, дающими единый свет. Но ко всем подобным сравнениям, заимствованным из земного мира, надо относиться как к очень несовершенным метафорам, понимая, что они очень неточно описывают отношения трех Божественных Лиц и не позволяют по-настоящему проникнуть в тайну бытия Троицы.

— Что еще важно знать о Боге, кроме того, что Он — един и троичен одновременно?

— Из Евангелия мы знаем, что Господь наш, Святая Троица- есть любовь. Любовь — это не просто одна из характеристик Бога по отношению к сотворенным существам, а ключевой принцип Божественного бытия. Бог есть любовь всегда. Он был любовью до того, как сотворил мир, и останется любовью после того, как окончится бытие мира. И вообще существование мира — вовсе не обязательное условие для того, чтобы Бог был любовью, потому что Он есть любовь уже Сам по Себе.
Нам привычна и понятна ситуация, когда двое любят друг друга. Но о Боге Священное Писание говорит нечто гораздо менее понятное: Он есть Троица и Он же есть любовь. В этом будет немного легче разобраться, если мы посмотрим на семью, в которой есть отец, мать и ребенок. Мать и отец любят друг друга, но не замыкаются друг на друге целиком, а щедро делятся этой любовью с третьим — с ребенком, или с детьми, если их несколько. Случается, что у супружеской пары нет детей, но и тогда их любовь может изливаться на кого-то третьего. Именно так, раздавая себя нуждающимся, жили бездетные Великий Князь Сергей Александрович Романов и его супруга Елизавета Федоровна. Конечно, отношения между людьми также нельзя впрямую проецировать на Божественную реальность. И все же пример семьи показывает, что у подлинной любви не может быть «третьего лишнего». Триединство подразумевает равноправие более чем двоих, оно делает любовь совершенной.
Исчерпывающим образом объяснить, почему Бог троичен, мы, конечно, никогда не сможем. Человеческому разуму не постигнуть тайну Божественного бытия. Богословы всего лишь пытаются описать отношения трех Ипостасей теми словами, которые имеются в их распоряжении и понять, что из этого следует для Церкви и для каждого христианина.

— Почему нам это так важно понимать?

— Мы можем обратить внимание на три стороны нашей веры — интеллектуальная уверенность в определенных фактах; обращенность воли к тому, чтобы покориться Христу как Господу и довериться Ему как Спасителю; и наконец, сердечное упование на Христа и уверенность в наших отношениях с Богом. И в этих трех сторонах веры также просматривается некоторая Троичность.
Мы приходим к уверенности в тех или иных фактах посредством определенных свидетельств. Так например, на основании собранных наукой данных о происхождении Вселенной, ученые принимают теорию «большого взрыва». Но и Бог, собственно дает нам достаточные основания чтобы поверить в Него — как в творении, в достижениях науки, так и — особенно — в Библейском свидетельстве веры апостолов о Воскресении Христа.

— Почему же многих людей эти доказательства не убеждают?

— Известный атеист Бертран Рассел говорил, что имеющихся свидетельств недостаточно. Однако дело совсем не в этом. Один неверующий человек, по специальности историк, как-то сказал: «если бы любое другое событие в истории было засвидетельствовано так же хорошо, как Воскресение Христово, я ни минуты бы в нем не сомневался. Но никакое другое событие не требует от меня переменить всю мою жизнь». Проблема неверия — это проблема воли, а не интеллекта. Люди часто не хотят верить в то, что их не устраивает. Евангелие требует не просто переменить некоторые наши пристрастия — оно требует полностью пересмотреть всю нашу жизнь. Наша беда в том, что мы сами хотим быть царями в нашей жизни, и когда приходит истинный царь — Тот, Которому наша жизнь должна принадлежать, мы этому вовсе не рады.
Грех — это не просто отдельные плохие поступки, но яростная ожесточенность, всегда готовая взорваться ненавистью к Богу и ближнему в словах: «Не хотим, чтобы Он (то есть Господь) царствовал над нами» (Лк. 19: 14). Под влиянием греха мы не доверяем милосердию Божьему, Его желанию и способности спасти нас. Однако Святой Дух внушает нам сердечную уверенность в любви Христовой: «Потому что вы не приняли духа рабства, чтобы опять жить в страхе, но приняли Духа усыновления, Которым взываем: «Отец!». Сей самый Дух свидетельствует духу нашему, что мы — дети Божии» (Рим. 8:15-16).
Конечно Святой Дух проявляет Себя в великих подвижниках более явно чем в обычных верующих потому, что святые дают Ему больше возможности действовать. Но Он пребывает в любом христианине, и никто не может обладать подлинной верой во Христа без Святого Духа. Он таинственно исцеляет наше сердце и делает нас способными принять истину. Святой Дух созидает в нас способность покориться и довериться Христу. Наша воля, порабощенная грехом, приобретает свободу обратиться к Богу. Человек резко выделен из природного мира, у него есть разум, совесть, чувство (вновь Троичность) красоты и благоговения, и он предназначен для того, чтобы войти в мир совершенно иной жизни, пережить глубокую душевную трансформацию, для вечного спасения своей собственной души.

Еще фото: